Духовная экология Вячеслав Пальман
Улыбка богини Деметры






ГлавнаяУлыбка богини Деметры ⇒ Здравствуй, милая картошка

Здравствуй, милая картошка

«Крестным отцом» культурного картофеля в 1590 году стал швейцарский профессор медицины Боген. Он изучил растение, привезенное из Нового Света, определил его родство с другими растениями рода пасленовых и дал ботаническое название: солянум туберозум эскулентум, что означает «паслен клубненосный съедобный».

Неправда ли, звучное и красивое имя!

Картофель вполне достоин такого названия.

Мы не знаем — и никогда не узнаем!— кто из американских индейцев в Чили, Перу, Боливии, Венесуэле, на острове Чилоэ или на Гаити впервые ввел в культуру картофель. Скорее всего, окультуривание шло одновременно и повсеместно по всей Центральной и Южной Америке. Но что эта культура целиком создание человеческого разума — сомнений нет: она совершенно отлична от дикого картофеля, который и сегодня растет в горных местностях перечисленных стран до значительных высот, а также в их долинах и прибрежьях.

Несколько лет назад в разговоре с академиком ВАСХНИЛ Сергеем Михайловичем Букасовым, участником первых российских экспедиций ВИРа на родину картофеля и маиса, я спросил его о первородном, диком картофеле: каков он, для чего привезен в Питер и состоит в мировом генетическом фонде растений?

— Например, демиссум... — Букасов произнес это слово, означавшее одну из форм дикого картофеля, как-то очень раздумчиво, словно увидел вдруг выплывающие из памяти своей молодости величественные Анды, Тихий океан, группу молодых и отчаянных биологов, Николая Вавилова, с кем он лазал по горам и долинам далекого материка. — Да, еще акауле и многие другие. Все эти формы уже много десятилетий помогают нам создавать устойчивые против фитофторы, более холодостойкие и более урожайные культурные сорта. В мире сегодня насчитывают не менее двухсот сортов с участием диких форм. Вы не видели самих дикарей?

— Нет, Сергей Михайлович. Интересно бы...

— В таком случае вам надо побывать в Пушкине, как только мне удастся выбраться туда. Покажу. На нашем опытном участке они растут и размножаются.

Кажется, через день или два такая встреча в городе Пушкин состоялась. Оживленный и улыбчивый Сергей Михайлович с тростью в руке медленно шел от здания лаборатории ВИРа в сторону поля. Здесь на грядах, укрытых со всех сторон полосами гигантских лип едва ли не екатерининских времен, я впервые увидел узколистные, голенастые, зеленые и коричневатые растения дикого картофеля. У них было удивительно мало сходства с привычными нам жирными, многостебельными кустами всех культурных сортов. На тонких подземных стеблях акауле и андигенума висели клубеньки размером не более лесного ореха, вкуса горького и вяжущего рот.

Совершенно разные растения!

Но дикари и культурные формы скрещиваются между собой! И какие-то наследственные качества дикарей передаются, входят в наследственный аппарат новых гибридов. Так получают ракоустойчивые, раннеспелые сорта с холодостойкой ботвой, с улучшенным вкусом клубней, с повышенной урожайностью. Используя способность диких форм хорошо развиваться при теплой погоде днем и холодных ночах — свойство «характера», зародившегося в родных горах, селекционеры научились получать сорта для различных районов нашей страны и для всех климатических зон Европы. Многотрудное это дело, наверное, никогда не будет завершено.

У нас сегодня выращивают более 120 сортов картофеля — от Хибин, что за полярным кругом, и до Аджарии на юге, от Бреста и до Камчатки — на общей площади в семь-восемь миллионов гектаров, больше, чем в любой стране мира. Над совершенствованием сортов картофеля почти во всех селекционных центрах и на опытных станциях работают сотни специалистов по селекции этой культуры.

Патриархом, учителем едва ли не двух поколений картофельников был седой, благожелательно-добрый, неторопливый и многознающий академик ВАСХНИЛ Сергей Михайлович Букасов, автор десятков теоретических книг и практических разработок по этой культуре. Среди его заслуженных наград есть и Золотая Звезда Героя Труда, и разные ордена. Начало тридцатых годов...

Но вернемся к истории нашего картофеля.

Первый биограф Колумба написал гренадскому епископу: «Колон (Колумб. — В.П.) открыл один остров Испаньола (Гаити), жители которого питаются особенным корневым хлебом. На небольшом кустике растут клубни величиной с грушу или с мелкую тыкву; когда они поспевают, то их выкапывают из земли точно так же, как у нас делают это с репой или редькой, высушивают на солнце, рубят, растирают в муку и пекут из нее хлеб, который употребляют в пищу в вареном виде...»

Речь шла о картофеле.

Клубни его довольно скоро после Колумба попали в Испанию, оттуда в Португалию, потом в Италию. Другим путем и гораздо позже, уже от колонистов Северной Америки, Европа получила картофель другого вида. Сначала он оказался в Англии и Ирландии. К концу XVI века картофель стал известен почти на всех материках. Но в Европе к нему довольно долго относились с предубеждением, сажали мало и с непонятной боязнью.

Само слово «картофель» пошло от слова «тартуфоли» — так в Италии называли трюфели, подземные грибы с мясистым, клубневидным плодовым телом, внешне сходные с клубнями картофеля. В Россию первые клубни были привезены из Германии, где их сначала тоже называли тартофелями. Наш первый агроном Андрей Тимофеевич Болотов в своих печатных работах употреблял это название.


Другие главы этого раздела:


© 2004-2012 Все права защищены.
В случае перепечатки материалов ссылка на
www.duhzemli.ru обязательна!

Rambler's Top100