Духовная экология Земля - живое существо



1. Радиоактивный джин
2. Космическое животное
3. Вселенная
4. Роль человека
5. Глобальный мозг
6. Космический вирус
7. Закат эпохи млекопитающих
8. Познав себя - познаешь Вселенную
9. Раковая опухоль
10. Во что верить?
11. Жизнь происходит из жизни
12. Виды жизни
13. Ритмы жизни
14. Жидкость, пригодная для жизни
15. В погоне за золотой кометой
16. Луна
17. Что говорит о Луне интернет
18. Дискуссия
19. Грань между живой и неживой материей
20. Бактерии экстремофилы
21. Личность планеты
22. Где дипломаты с других планет?
23. День рождения
24. Бог
25. Причём здесь экология
26. Уровни мироздания
27. Живое нельзя резать на куски
28. Окружающая среда
29. Рост планеты
30. Тонкий и надземный миры
31. Борьба идеологий
32. Инопланетяне нас игнорируют
33. Экзамен перед Богом
Заключение

Приложения:

1. Отклики читателей
2. Глубинная экология
3. Совет живых существ
4. Сказка - ложь, да в ней намёк - добрым молодцам урок
5. Потребители - главная угроза экологии
6. Уроки реинкарнации
Контакты



ГлавнаяСреди природы Монголии ⇒ Саджа или копытка

Саджа или копытка

Местами слегка зеленеют низинки, поросшие приземистым луком; кое-где виднеются дерновины дэрэсу. Из-за них дружной стайкой вылетают острокрылые, острохвостые саджи-бульдурюки. Чем дальше, тем чаще встречаются стада этих птиц; над сожженными склонами проносятся уже не десятки, а стаи по нескольку сот особей.

Саджа, или копытка, как прозвали ее русские охотники за миниатюрную и плотную трехпалую лапку, напоминающую копытце, ростом немножко меньше голубя, с которым сходна и формой тела. Ее оперение сверху глинистого цвета с красивым бурым рисунком, на зобе — узорный ошейник, на брюшке — большое черное пятно. Она принадлежит к семейству рябков, родственному голубям, но издавна приспособившемуся к жизни в пустынных, открытых местностях. Быстрокрылая, со стремительным и сильным полетом, саджа не боится гнездиться в местах, удаленных на десятки или более километров от ближайшего водопоя. В простую ямку среди сухого песка и дресвы самка кладет три-четыре глинисто-бурых пятнистых яйца, по цвету таких же, как почва окружающей равнины. Днем солнце греет их чаще, чем мать, которая предпочитает вместе с другими членами стаи собирать семена пустынного лука, черные и мелкие, как стеклянный бисер. Птенцы выходят покрытые пухом и рано привыкают заботиться о себе. Осенью они начинают кочевать, сбившись в тысячные стаи, а к весне, в некоторые исключительные годы, отличающиеся какими-то неблагоприятными для них условиями, появляются далеко от границ своей родины. Эти-то налеты и сделали саджу такой известной. Пустынная азиатская птица несчетными стадами летит иногда на запад, достигая Ирландии и Фаррерских островов, Архангельска на севере, Италии на юге. Отдельные пары пытаются здесь гнездиться на песках и приморских дюнах, но вскоре погибают по разным причинам.

Проходит десяток-другой лет, и о садже почти забывают, как вдруг новый налет, и новые тысячи пустынных пришельцев наводняют Европу. Налеты эти хорошо описаны, но до сих пор, поскольку не ведутся постоянные наблюдения, еще не установлены точно причины, их вызывающие. Одни ученые полагают, что птицы просто «сбиваются с дороги», возвращаясь на родину с зимних кочевок ; другие — ищут причину налетов в чрезмерном увеличении количества птиц после годов, благоприятствовавших размножению. Но те, кто видел саджей на их родине, вряд ли будут сомневаться в их умении ориентироваться при полете, а также и в том, что пустыни еще слишком богаты свободными местами. Скорее всего правы третьи, видящие в выселениях следствие исключительного недостатка корма на местах постоянного обитания этих замечательных птиц.

С коротким криком вроде «пэк-трооо, пэк-трооо» саджи проносятся над нами и, снизившись, разом садятся на землю. Вы прекрасно видели, как опускалась стая в сорок или пятьдесят саджей, но едва они коснулись земли, как птицы пропали. С большим трудом в бинокль можно отыскать одну или две, двигающиеся быстрее других, но как только они остановятся, вы тотчас же теряете их из вида. Окраска саджи — одна из поразительных степных или пустынных окрасок, тонко гармонирующих с расцветкой сухого грунта и так распространенных у зверей, птиц, ящериц и насекомых открытых мест, на которых иначе было бы трудно скрываться.

Долгое время стаи этих птиц были единственным нашим развлечением, но потом местность снова стала более гористой, и в одной из долин показалась речка. Здесь при спуске тощий, поджарый волк перебежал нам дорогу и остановился, рассматривая машину. После выстрела раненый зверь быстро скрылся в балку; я пошел его преследовать, но в результате долгих поисков среди скал не нашел ничего, кроме покинутого гнезда филина. Это была небольшая пещера, сверху и с боков защищенная плитами, внизу ничем не выстланная. Множество костей тушканчиков, зайцев, даурских пищух и пищух Прайса свидетельствовало о том, что филин находил у долины достаточное количество пищи.

Тем временем остановившиеся у речки приготовили обед и уже обедали, бросая кости откуда-то взявшимся коршунам. В Монголии черноухий коршун привык сопровождать кочевников, и стоит остановиться лагерем, как три-четыре птицы возьмут на себя обязанность санитаров. С удивительной ловкостью выхватывают они почти из-под рук брошенные кости и куски мяса, совершенно не пугаясь обедающих. Если кусок невелик, тут же на лету коршун передает его из лапы в клюв и проглатывает, чтобы снова свободно кружить над местом стоянки и высматривать новую подачку.

Эта речка называлась Ширгаин-Гол. Потом мы пересекли Таца-Гол и Шарагольджа-Гол, более богатые водой, но все же легкопроходимые. К вечеру, когда снова нас окружили высоты с полустепною флорой и богатыми колониями сурков, мы повернули на север той самой долиной, в вершине которой расположен Ламан-гэгэн. Чаще начали попадаться встречные всадники, пасущиеся кони, стада коз и овец, отдельные черные юрты монголов, усталые караваны верблюдов с большими ношами шерсти. Дальше по склонам гор высоко паслись яки, черные, серые и пестрые, рогатые и комолые, все одинаково лохматые, массивные, но легкие и порывистые в движениях. Завидя машину, они хрюкали низким, рычащим басом и неслись по косогорам вскачь, высоко взмахивая косматыми хвостами. Еще дальше долина сузилась в теснину, а дорога круче полезла вверх, потом ущелье расширилось в большую котловину, по дну и склону которой, окруженный зелеными шапками гор, широко раскинулся монастырь.

Уже затемно мы поставили палатку рядом с домом во дворе фактории, и разом грянувший ливень словно заторопился опустить занавес после первого этапа путешествия.

игры в pharaon casino самые интересные



© 2004-2012 Все права защищены.
В случае перепечатки материалов ссылка на
www.duhzemli.ru обязательна!

Rambler's Top100